Я обычно не похмеляюсь. Не знаю уж отчего — бзик у меня такой. Слышал когда-то, что это первый признак алкоголизма. Но в данный момент было явно не до того.

С трудом, но я все-таки выпил.

О-о…

— Итак, сударь, вы теперь в состоянии говорить? — обратилась ко мне дама, выждав паузу, за время которой старое народное средство начало действовать. Мне и в самом деле полегчало.

— В состоянии, — сказал я, отбрасывая одеяло и садясь. Поскольку лежал в постели одетый по всей форме.

Но, как оказалось, — только сверху до половины. То есть — до пояса. Маскировочная пятнистая куртка и кевларовая поддевка на мне были. А вот штанов и всего остального — не было.

Да чтоб ты все пропало!

Шипя, как вода на сковородке, я забрался обратно под одеяло (причем с куда большими трудностями, чем вылез) и лихорадочно огляделся в поисках штанов. Хор-рош гусь!

К счастью, дама оказалась если и действительно дамой — то есть благородного сословия, — то с достаточно крепкими нервами. Никаких демаршей в виде воплей, визгов или обмороков с ее стороны не последовало. Что ж, может быть, это не так уж плохо.

Штаны нашлись на столе, в паре метров от кровати. Почему-то именно туда забросила их моя прихотливая фантазия. Я молча указал Браде на них взглядом.

Он понял. Дама же, напротив, провела явную демонстрацию непонимания, продолжая сидеть и пялиться на меня. А могла бы ведь и догадаться выйти в коридор.

Хотя, впрочем, может быть, у нее такой стиль? Не спускать глаз с потенциальных клиентов, или с кем там она обычно имеет дело, с целью сразу дать понять, что никаких уверток не потерпит.

Пришлось одеваться под одеялом. Проклятие!.. Как оказалось, несмотря на отсутствие штанов, спал я тем не менее в ботинках. Бред какой-то, если подумать на здравую голову.

Но спать-то я ложился как раз в обратном состоянии. И тогда, похоже, все это было совершенно уместно.