“Дедушкой! Тр-рубы Иер-рихонские! Дедушкой… — бесконечно повторял про себя профессор. — Дедушкой, дедушкой… Надо же. Двенадцать колен Израилевых! Что же теперь? Я же глава семейства. Глава рода!”

Эти мысли наполняли его такой воздушной легкостью, что самолет, казалось, прилетел даже быстрее назначенного срока.

Из состояния восторженности его вывели египетские пограничники.

— Сабах ил-кхир, — радостно скалясь, обратился к Алексу Енски толстый араб, едва влезающий в тесную кабинку. — Добрый день! Вы покажете нам свои документы?

Ломаный английский и арабская хитрость в темных глазах. Профессор поежился.

“Все-таки надо быть внимательнее, обмануть англичанина этим олухам ничего не стоит”.

— Да, конечно. — Он подсунул свой паспорт через узкую щель в пуленепробиваемом стекле.

— Очень хороша, — заявил толстяк и углубился в изучение документа. — Цель приезда вашего?

— Научные исследования, — ответил Енски.

— А точнее?

— Точнее, я организовываю экспедицию. С целью произвести раскопки.

— У вас есть нужный разрешение?

— Да, конечно. — Енски полез во внутренний карман за другими бумагами. — У меня есть рекомендации, вам они нужны?

Египтянин кивал, не переставая улыбаться.

— Хорошо, хорошо.

Несколько листков выпали на пол. Профессор наклонился, подбирая их, с трудом ворочаясь в узком пространстве коридорчика.

Наконец он сумел собрать все нужные бумаги.

— Вот, — сказал он торжествующим голосом. — Вот разрешение из вашей Службы древностей, вот приглашение из Египетской академии наук, вот удостоверение из Королевской академии Великобритании, вот удостоверение члена Академии наук…

— Спасибо, — сказал толстяк, даже не посмотрев в предложенные документы. — Вы можете идти. Добро пожаловать в Египет.