До разбитой витрины магазина было всего ничего - тридцать метров, три кипящие лужи, два проворных ручья.

...

МаК: Знаешь, у меня тут дождь.

Anna: У меня тоже пасмурно. Осень.

МаК: Сегодня я видел голубя. Он сел на карниз и долго что-то расклевывал. Мокрый, жалкий. Стучал клювом по жести, отбивал ритм дождя. Мне хотелось открыть окно и впустить его внутрь, но я не мог. Да и он бы улетел, испугался бы... Я жалею, что у меня никогда не было домашних животных. Кошка, собака, кролик, хомячок - что-то теплое, живое - я бы хотел, что бы у меня кто-то был здесь, рядом. Мне так хочется о ком-нибудь заботиться.

Anna: А у меня здесь куры, корова и два ягненка.

МаК: Целое хозяйство. Справляешься?.. Что-то плохо себя чувствую. Знобит.

Anna: Закутайся потеплее. И выпей горячего молока. У тебя есть молоко?

МаК: Нет.

Anna: А мед?

МаК: Нет.

Anna: Я пришлю тебе по электронной почте. :)

МаК: Жду.

...

Ночью ему стало плохо.

Он вылез из кресла, забрался на старый диван, заполз под толстый пушистый плед. Съежился на боку, подтянув колени к подбородку, слушая стук сердца и ток крови в висках.

Его колотило.

Он вспотел, но не замечал этого. Ему было холодно.

Когда он открывал глаза, перед глазами кружилась красная метель. Алые хлопья били по глазам, больно давили изнутри.

Зачем-то он считал эти мельтешащие пятна, постоянно сбиваясь и начиная счет с начала.

Потом он почувствовал, что пурга уносит его куда-то. Тело стало легким и ему захотелось взмахнуть руками, словно крыльями. Но рук не было.

Ничего не было.

Его куда-то несло.

Он падал.

Кружилась голова.

Гудело в ушах.

И мелькали, вились вокруг зловеще-алые пятна, иногда затягиваясь непроницаемой, по-угольному искрящейся чернотой.