Лютер молча кивнул. Итак, все остается в силе. Что же, теперь, по крайней мере, все ясно.

– Спасибо.

– Да, вот еще что...

– Говорите.

– Вторая часть сообщения такова: смотрите, не подведите нас.

Том глубоко вздохнул.

– Передайте, чтобы не волновались, – бросил он, демонстрируя уверенности больше, чем ее было на самом деле. – Этот парень, может быть, и выберется из Саутгемптона, но до Нью-Йорка он уж точно не долетит.

После посадки на английской земле, в Саутгемптоне, техническим обслуживанием клипера занималась компания «Империал Эйруэйз». Техники этой британской компании производили осмотр и осуществляли мелкий ремонт самолета под руководством бортмеханика «Пан Америкэн». В этом рейсе механиком был Эдди Дикен.

Работа предстояла большая, но отпущено на нее было всего три дня. После высадки пассажиров у дока № 108, клипер отбуксуют в Хит. Там, в воде, его водрузят на специальный понтон, затем он окажется на судоподъемном эллинге, где станет похож на кита, качающегося на плашкоуте, и наконец попадет в огромный зеленый ангар.

Трансатлантический перелет – большая нагрузка для двигателей. На самом длинном отрезке пути Ньюфаундленд – Ирландия самолет находится в воздухе девять часов (на обратном пути при встречном ветре преодолеть этот отрезок удается лишь за шестнадцать с половиной часов). Час за часом течет топливо, работают свечи зажигания, четырнадцать цилиндров в каждом огромном двигателе качают воздух вверх-вниз, пятнадцати футовые пропеллеры борются с облаками, дождем и штормовыми ветрами.

Лично для Эдди это был триумф инженерной мысли. Как прекрасно и удивительно, что люди смогли сделать мощные моторы, которые работают надежно и четко, час за часом. Конечно, всякое могло случиться, любая неполадка, ведь в самолете так много движущихся частей и они должны быть искусно выточены, тщательно подогнаны друг к другу, чтобы не поломались, не соскочили, не заклинили, не истерлись, после того как тяжелый самолет весом в сорок одну тонну преодолел тысячи миль.