Впрочем, толпа не ждала самолет в безмолвии. То здесь, то там Лютер слышал характерную английскую речь. Разговоры, понятно, были только о войне. Дети относились к ней, как к игрушке, и с нетерпением ждали, когда же начнут стрелять, мужчины тихо, но многозначительно рассуждали о танках, мощных артиллерийских орудиях, женщины в основном молчали, хотя выглядели довольно мрачно. Лютер был американцем. В душе он надеялся, что Штаты останутся в стороне от этой войны, не их это дело, нечего и ввязываться. Кроме того, при всех недостатках у Гитлера есть одно важное достоинство - он хорошо знает, как надо поступать с коммунистами.

Лютер был бизнесменом - занимался производством шерстяных тканей - и однажды уже столкнулся на своих прядильных фабриках с "красными". Да, когда-то он от них здорово зависел, его почти разорили. Прошли годы, а воспоминания по-прежнему жгли память. Он хорошо помнил, как евреи погубили сначала магазин мужской одежды, доставшийся ему от отца, а потом из-за этих проклятых "красных" (кстати, в основном тоже евреев), его собственная фирма едва не погибла. Позже, когда Лютер познакомился с Реем Патриаркой, все изменилось. С того дня его жизнь стала совсем другой. Его новый друг умел обращаться с коммунистами. События развивались быстро. Произошло несколько несчастных случаев. Один не в меру горячий парень лишился руки, когда она "случайно" попала под станок. Другой, молоденький член профсоюза, умер, после того как его сбила машина. Еще двое, возмущавшиеся нарушением техники безопасности у Лютера на производстве, неожиданно оказались втянутыми в пьяную драку в баре и потом очутились в больнице с переломанными костями.