Доктор хихикнул и спрятал коньяк.

- Не сравнивай божий дар с доктором, - фыркнул он, - Ты и без этого зелья прекрасно рассуждаешь.

- Почему вот вам можно, а мне нельзя? - возмутилась я.

- Потому что я старый и мне себя не жалко. А ты молодая и хорошенькая, отощала, правда, аки жердь, но я скажу Виктору, чтобы заставлял тебя есть, - доктор сложил руки домиком и состроил мне внимательные глазки.

- Почему тогда я за вас рассуждала, а вы за меня не хотите?

- Какая ты противная, Брижит, это кошмар какой-то! - поморщился доктор, - Ладно. Что я бы сделал. Я бы навел справки о матери и бабушке. Бабуля-то не простая. От матери нужны документы, выписки из истории болезни, когда и как дебютировала, как протекает. За мальчиком пока только наблюдение и вхождение в контакт.

- Он хорошо контактирует со мной.

- Это тебе так кажется, - кивнул доктор, - Они все по-началу хорошо контактируют, а когда понимают, что мы хотим вернуть их в реальный мир… Некоторые начинают бросаться, как бешеные псы.

Я внимательно смотрела на доктора.

- Доктор… А вы сейчас о каком возрасте говорили? - вкрадчиво спросила я.

- Не строй мне глазки, дитя мое, это бесполезно. Сама худшая из пыток все равно на меня не подействует. Не скажу.

- Вы работали с детьми?

- Нет, - тут же открестился ван Чех, делая вид, что ничего не происходит.

Я хитро прищурилась и довольно улыбнулась. Доктор усиленно рылся в бумагах. Примерный план действий у меня уже был.

- Чего ты улыбаешься? - фыркал доктор, - Сидит, понимаешь, и улыбается!

Я засмеялась.

- Еще и хохочет, - доктор ласково посмотрел на меня, - Иди работай, дитя мое.

- Все-то вы норовите меня выгнать.

- Да я бы рад с тобой и дальше лясы точить, только кто без нас будет лечить скорбных? Как думаешь?

- Да, ладно, ухожу, - нехотя встала я.

- Знаешь, если бы мы с тобой жили вместе, то умерли бы через трое суток.