Почему никто не дернул звонок? Марек объяснял матери, что сейчас, около почты, мы выйдем и там встретимся с отцом, который, конечно же, приедет на следующем трамвае, а я смотрел на удаляющуюся фигуру, смотрел на уменьшающегося на глазах отца: он седел с каждой секундой, ветер вдруг резко распахнул полы его пиджака, сверху донизу, что такое? Я прижался лбом к стеклу, и стекло расступилось, как водная гладь, я оглянулся на них, непонимающих, несуществующих, они беззвучно шевелили губами, потом я уже не мог повернуться, что-то не давало мне пошевелиться, и отца нигде нет, и мы не встретимся больше, как я мог забыть, что он умер, как я мог его так оставить.