Господин мэр, мы ребята мирные. Мухи не обидим. Да что там муха! Джей-ти вообще крыс подкармливает. Помоечных. С руки. И ни одна даже не цапнула. Вот такие мы мирные ребята. Да мы… мы вчера с ребятами Шоно разошлись добром. Только младшему его зуб выбили. Всего-то, да? А что Невер-парк — наш, так все ведь знают. Ну такой ведь обычай. Каждым мирным ребятам — немножечко своего места. Невер-парк наш. Мы там отдыхаем, ну и за порядком слегка смотрим. Самую малость. Чтоб никто не палил, пласты не отбирал, девочек не обижал. И вот что я скажу, господин мэр. Очень это несправедливо, что всякие обколотые актеры в Невер-парке гуляют. Им других мест мало, да?

Да нет, один он был. Этот — один. А вот еще до нас, когда Син-олд, у которого нынче забегаловка на углу Пятой и Четырнадцатой. Та, что с цыпленком синим на вывеске. Ее так и зовут — «Синова кура». По вкусу у Син-олда куры точно синие.

Как нитрянки напились. Так вот, когда Невер-парк держал еще Син, у них тоже было дело. Тоже с каким-то клоуном, то ли обклеенным, то ли обколотым. Тоже плохо кончилось. Потом еще долго говорили. Вы тогда, господин мэр, еще мэром не были. Вы тогда, кажется, газету выпускали. И мальчики ваши до Сина долго докапывались про то дело. Понял, сокращаюсь. Один он был. Совсем никакой. Глаза белые, аж блестят. На рожу тоже больно белый. Патлы — во! И в костюме. Такой весь при параде, как будто прям на съемках клеить начал, да так и не закончил. А может, трюкач. Потому что дерется уж очень хорошо, а вот Джей-ти недавно прочитал, что актеры сами вообще ничего не умеют, за них все делают, они только щеки надувают. Мы к нему вообще нормально подошли. За автографом даже сначала. Но он совсем никакой был. Нес какую-то околесицу. Я и слов таких не знаю. Мы его вообще проводить предложили, чтоб мало ли чего не вышло. А он драться. Вообще ни за что! Говорю же, обклеенный и обколотый, что твой еж. Нет, пластырей не видели. Под костюмом небось. Ну даже совсем дурак же на лоб лепить не будет, да?