К нам подбежала Кандида и, вытащив из кобуры пистолет, приставила к уху Растела.

- Лежите тихо, или я вышибу вам мозги, - прошипела она. Я не сомневался в том, что она способна убить такого человека, как Растел, и он тоже поверил в это. Он отпустил меня, я встал на ноги.

Я пнул его ногой в бок и заставил перевернуться на живот. Потом я снял с его спины ранец, в котором находился «черный ящик». Он застонал.

- Шеридан, - сказал он хрипло. - Клянусь, я не замышлял против вас ничего плохого.

- Клянетесь? - Меня охватила злость. - Чем вы можете поклясться? Честью? Богом? Да вы же не верите ни во что, кроме силы. Что там, за забором? Говорите.

Я схватил его левой рукой за ворот сутаны, подтянул к себе, а ребром правой ладони ударил по лицу. Теперь у него не только из уха текла кровь, но и губы тоже были разбиты.

- Что за колючей проволокой?

- Враги тех обезьян, с которыми повстречались вы. Их взяли в плен, - нехотя выговорил он.

- Поняла? - спросил я, обернувшись к Кандиде. - Этот человек заключил союз с вожаком. Они держат за проволокой обезьян, обучают их и отправляют в ту страну, откуда прибыл Растел. Знаешь для чего? Они используют их для подавления мятежей. Верно, Растел?

- А вы можете предложить что-то другое? - спросил он.

Я взял пистолет у Кандиды. Растел хотел встать, но я снова ударил его носком ботинка в бок, и он остался лежать в грязи.

- А для чего ему нужен был ты, Шеридан? - спросила Кандида.

- Они доставляют сюда инструкторов. Кто-то должен ведь учить обезьян. Я прав, Растел? И .никакой он не дезертир, а циничный и подлый вербовщик.

- Да, их нужно учить, и кто-то должен их охранять, но это поручается только тем, кому мы доверяем… Есть работы и погрязней - чистить отхожие места и подметать бараки… проще научить обезьян воевать, чем привить им любовь к чистоте…