– Что? – Белич подскочил, глаза его сверкнули. – Это грабеж! Сто золотых.

– Почтенный купец не понял, – тихо сказал Ярослав. – Я не торгуюсь. Я просто называю цену.

– Хорошо, согласен, – мрачно буркнул купец. – Товар дороже. Едем.

– Едем, – кивнул Ярослав и поднялся из-за стола.

* * *

– Он уехал, уехал! – воскликнула Забава, едва вбежав в комнату.

– Как? – иголка выскользнула из пальцев Веселины и безнадежно исчезла в одной из щелей в полу.

– Уехал! – повторила служанка и, переведя дух, затараторила. – Разыскала я постоялый двор, где он живет. И оказалось, что там подружка моя служит. Она мне все и рассказала. Утром он сегодня уехал, с купцом каким-то!

– А куда, не знаешь? – Веселина ощутила, как кровь отхлынула от щек.

– Куда обычно! Чудовище убивать!

В груди похолодело, сердце словно сжала костлявая безжалостная рука. Веселина стиснула зубы, стараясь не выдать своего состояния и это ей удалось. Служанка ушла, так ничего и не заметив.

Отчего нахлынула тоска, девушка и сама не могла объяснить. Но хандра не проходила, и до самого вечера Веселина сидела, глядя на дождевые струи за окном.

* * *

Дождь облек путников скользким покрывалом, захватил в полупрозрачные объятия. Едва выехали из города, налетел ветер, свирепый подарок уходящей зимы. Трепал плащи, терзал лица холодными шершавыми лапами.

Дорога была Ярославу незнакома, сам он прибыл в город с востока, двигаясь по густонаселенным местам. Здесь же не было деревень, лишь возвышались унылые серые утесы, одинаковые, словно горшки у плохого мастера.

Петляя, Отдавший Душу и купец поднимались выше и выше. С такой высоты можно было бы посмотреть на город сверху, но мешали нагромождения скал. Ярослав ехал прямой и спокойный, не оборачиваясь и не обращая внимания на дождь и ветер. Белич пытался его разговорить, но вскоре отстал, устав выслушивать односложные ответы.