Чайки белой тучей кружились вдали - видимо, шел большой косяк рыбы. Я опустился на скамейку, предупредительно поставленную на пирсе, и стал смотреть, как мерно покачивается на волнах моя яхта. Необычная тишина стояла здесь.

Спустя несколько минут я сообразил, что совсем не слышу криков чаек и ударов волн. "Вот еще новость - молчаливые чайки и волны", - подумал я, пытаясь посмеяться над возникающей тревогой. Вокруг пахло йодом, солью, свежестью - благотворным запахом моря.

Внезапно тишину нарушили четкие гулкие шаги. Они были похожи на удары молотка, забивающего гвозди. Я резко обернулся и увидел одного из роботов. Теперь на нем вместо кокетливой матросской шапочки был белый поварской колпак.

"Это еще что такое? - подумал я. - Кому понадобилось переодевание? Не роботу же..."

В руках новоявленный "повар" нес какой-то прибор, похожий на судок-термос для хранения пищи. Я удивился еще больше, когда робот подошел поближе и у меня во рту появилась слюна от приятного запаха жареного мяса. Несомненно, запах доносился из судка. Но кому же робот несет пищу? Я не заказывал обед. Неужели на острове кроме меня есть люди? Может быть, потерпевшие кораблекрушение? Но в таком случае, там, откуда я прибыл, знали бы об этом.

Постоянно здесь не живет никто. В лоции сказано: "Необитаемый, полностью автоматизированный остров-маяк".

Робот обогнул меня и направился к башне маяка. Перед ним в стене образовалось круглое отверстие. Он вошел - и отверстие закрылось.

Я подошел к стене, за которой он только что исчез. Она была шершавой и холодной. Пальцами я нащупал кромку и канавку. Наверное, это были края двери. Откуда-то сверху донеслась музыка. Мне показалось, что за выпуклыми стеклами на вершине башни я различаю человеческое лицо.

Оно взглянуло на меня большими темными глазами и скрылось.

...Когда, вернувшись домой, я рассказал об этом Борису, он нисколько не удивился.