- Значит, там снова есть пациент вместо меня, - сказал он, щуря веселые рыжие - с искорками - глаза. Жизнерадостность переполняла его, брызгала смехом, лучилась морщинками.

- Пациент? - удивился я. - Но ведь там нет докторов.

- На свете есть такое, друг Горацио, что и не снилось нашим докторам! - И он засмеялся.

Наверное, мое удивление было достаточно выразительным, потому что его смех замер. Борис несколько секунд смотрел на меня невидящим взглядом, думая о чем-то своем. Наконец, решился, рывком выдвинул ящик письменного стола и вынул оттуда несколько писем. Когда он протянул их мне, его рука чуть-чуть дрожала.

- Пожалуй, тебе нужно, просто необходимо, их прочесть. Может быть, это поможет проникнуть в загадку острова и понять, как возникают подводные хребты...

ПИСЬМО ПЕРВОЕ

20 января

Здравствуйте? родные!

У меня все в порядке. Ежедневно хожу на службу, по выходным - на лыжах. Да здравствуют выходные дни, загородные парки и чистый снег!

Валя, ты удивляешься, что я свой институт называю службой. Так. короче. Кроме того, служба - слово емкое. Оно включает все институты и другие подобные заведения и учреждения. А в том, чтобы служить, говорят, нет ничего плохого. "Служить бы рад..." Вторую часть фразы, опускаю не без умысла... Прислуживаться для меня исключено из-за некоммуникабельности характера, как утверждает мой друг Виктор Воденков...

За окнами - ночь. Длинная и тоскливая. Морозная. Вылупила свои ледяные звезды и смотрит во все укромные уголки. Как вы знаете, космическое излучение пронизывает нас насквозь, и нашу планетку тоже. Вот и выходит, что можно ежесекундно видеть, как на рентгеновском аппарате, всю нашу подноготную. Но при одной мысли об этом у меня начинает кружиться голова, как это случалось еще в школе. Помню, мама рассказывала, что в детстве у меня часто бывали внезапные головокружения с тошнотами.

На днях нашему отделу поручили заниматься систематикой.