– Я сам подарю тебе мешок золота, – сказал Джехан. В его голосе зазвучали жесткие потки.

– У тебя есть мешок золота? Не знал, – покривился Эдред.

– Я достану для тебя мешок золота, – уточнил Джехан. – Можешь во мне не сомневаться, я никогда не обманываю. Отдай мне эту девушку. Сдается мне, ты не на волю хочешь отпустить ее…

– Я хочу… – Эдред облизал пересохшие губы и опять взглянул на девушку. – Я хочу ее! – выпалил он. – Я хочу обладать ею! И, поскольку я хозяин корабля, и я вытащил ее из воды, то она принадлежит мне.

– Из воды вытащил ее я, – напомнил Джехан. – И заметил ее в море тоже я. Если бы меня не было рядом, ты проплыл бы мимо и предоставил ей умирать в море. Ты попросту не заметил бы ее!

– Ну а коль скоро этого не случилось, и она находится на моем корабле, то она – моя!

– Ты хочешь владеть ею? – продолжал удивляться Джехан. Он попытался взять Эдреда за руку, но тот с силой выдернул свою ладонь из пальцев друга. – Улыбнись же, Эдред, скажи, что ты пошутил! Ты не можешь испытывать столь низменное желание!

Я хочу обладать ею, – сквозь зубы повторил Эдред.

– Ты сможешь обладать ею, если она полюбит тебя, – возразил Джехан. – Полюбит свободно, добровольно. Если она увидит в тебе своего спасителя… Она будет благодарна тебе! И, быть может, боги вложат ей в душу чувство более нежное и глубокое, нежели обычная благодарность.

– А если этого не случится?

Джехан не ответил.

Эдред схватил его за плечи и сильно встряхнул.

– Скажи, ведь этого не случится! Ведь это для себя ты оставляешь роль спасителя и благодетеля! Ты выпрашиваешь ее для себя потому, что желаешь сам оказать ей все благодеяния, которые только что расписывал! Это в тебя она влюбится, когда окончательно сознает все случившееся…

Джехан попытался освободиться.

– Отпусти, ты делаешь мне больно… Нет, Эдред, ты ошибаешься. Я прошу ее для себя потому, что хочу испытать удовольствие, которое всегда приносят добрые дела – что бы там ни говорили циничные люди. А что касается любви… Это чувство непредсказуемо. Никто не силах предвидеть, как раскроется человеческое сердце.