А мне, как всегда, больше всех надо. Кроме меня, ни одна дура на забор не полезла.

Штыри в стене отсутствовали через раз. Весь гарнизон утыкать можно и всех воспитанниц. Поди разберись, откуда и когда выдернули тот.

С горя я попыталась выдернуть хоть один на память — тщетно. Странно, столько выпало, но зато уж те, что остались, сидят намертво, как зубы в челюсти дракона.

Кстати, узкое глубокое ущелье, которое прорезает Пояс Верности и выход из которого закрывает грудью наша Пряжка, называется Драконова Залежь. А вот раньше оно называлось куда лаконичнее: Лоно. И логичнее, по-моему…

Штыри не поддаются, на след убийцы не выводят.

Это, наверное, все-таки госпожа надзидама.

А что? Предположим, ее достало до печенок, что каждый вечер на нее с размаху падает тяжелая туша. Да не один раз. Какой уж тут оргазм, когда кости трещат. А быть снизу начальник охраны не согласился. Это унижало его мужское самолюбие. Чем не мотив?

Вот она в него штырь и вогнала, когда он ей попался на пути в наш класс. В надежде, что новый начальник охраны будет легче и моложе. А штырь в фартуке держала, выкрутила из стены постепенно, долгими зимними ночами.

Аи да я, как ловко все обосновала!

К сожалению, смерть начальника охраны учебный процесс не остановила.

Мы бездельничали не больше пары уроков, после чего Магистры, собравшись с силами, пережили утрату и занятия возобновились.

А через три дня про убийство никто и не вспоминал, словно для заведения по воспитанию нежных девиц находить на лестницах заколотых людей дело сугубо привычное и даже поднадоевшее.