Я кивнул сочувственно и задал наиболее, на мой взгляд, важный вопрос:

- Федя, а где я?

- Под Углегорском, - ответил он, ухмыльнувшись как-то ехидно.

- Это в какой области?

- В Углегорской, - еще шире и еще более издевательски осклабился он.

- Гонишь? - спокойно поинтересовался я.

- Сейчас указатель будет, на въезде в город. Читать умеешь? Вот и читай.

Я ему поверил. Больно он радостный был, так бывает, когда кто-то правду знает, а кто-то дурак дураком, вроде меня сейчас. И собеседник заранее предвкушает, как ты "отправишься за ведром компрессии".

- Федь, скажи по-человечески, - попросил я, решив не выставлять себя дураком дальше.

- Если по-человечески, то не знаю, - вздохнул он, - Думаю, что никто толком не знает. Может и на том свете даже, вполне допускаю. Мы это место Отстойником называем.

- Это почему? - опешил я.

- Ну, так в двух словах и не опишешь. В общем, где еще может быть земля без людей? А тут ни единой живой души. В смысле, из проживающих здесь всегда, только такие как мы с тобой, провалившиеся.

- Не понял... а город откуда? - спросил я.

- А хрен его маму знает, - ответил Федя, вздохнув, - Тут все на месте - города, деревни, заводы, что угодно. А вот людей нет.

- Я ворон видел.

- Зверье есть. Даже медведей хватает с волками. И еще кое-кто есть. А людей нет, - ответил он.

- А куда они делись? - вконец озадачился я, - Вымерли?

- Вымерли бы - хоть кости бы остались. Нет и все. Словно съехали неожиданно. Причем давно. Ты из какого года сюда? Из двухтысячного попал?

- Ну да..., - окончательно растерялся я, - А ты?

- А мы все из двухтысячного. Кто сегодня попал, кто вчера, кто десять лет назад,- а все из двухтысячного. Впрочем, кого-то, кто попал раньше, чем за десять лет, я не встречал. Видать, недавно Отстойник открылся для посещения.