— И вас не страшит смерть? — спросил Жан Монье.

— Разумеется, страшит… Но не так сильно, как жизнь…

— Какой прекрасный ответ! — воскликнул Жан Монье.

— Я не думала о том, какое он произведет впечатление, — ответила Клара. — А теперь скажите мне, почему вы очутились здесь?

Выслушав Монье, она резко его осудила.

— Это прямо-таки невероятно! — говорила она. — Как!.. Вы хотите умереть, потому что ваши акции упали в цене!.. Неужели вы не понимаете, что через год, два, самое большее три года, если только у вас хватит мужества жить, вы забудете об этих потерях и, возможно, с избытком возместите их?

— Денежные потери — всего лишь предлог. Они ровно ничего не значили бы, имей я какие-либо основания дорожить жизнью… Но ведь я сказал вам, что жена от меня ушла… Во Франции у меня уже нет родственников… Женщины, которая была бы мне дорога, я там тоже не оставил. Откровенно говоря, я и уехал-то в чужую страну из-за любовного разочарования… Ради кого мне теперь бороться?

— Ради себя самого… Ради тех, кто вас полюбит! Это непременно случится… Из-за того, что в тяжёлые дни близкие вам женщины оказались недостойными вас, вы не должны быть несправедливы ко всем остальным.

— Вы в самом деле думаете, что есть женщины… я хочу сказать… что я еще встречу женщину, которую смогу полюбить… и которая согласилась бы вести несколько лет жизнь, полную лишений и борьбы?

— Я в этом уверена, — ответила она. — Есть ведь женщины, которые любят борьбу и в бедности находят какую-то романтическую прелесть… Да вот, например, я сама…

— Вы? — спросил он с волнением в голосе.

— Ах… Я только хотела выразить…