– Это вполне естественно, поскольку вы еще не совсем оправились от недуга. Хотите, я дам лекарство, чтобы вам получше спалось?

– Вы? – быстро переспросила она и виновато потупилась. – Нет-нет, благодарю вас. И… как вы думаете, не пора ли к столу? Я, кажется, проголодалась.

Сен-Жермен вежливо улыбнулся. Он знал, что на самом деле женщине не хочется есть, но поклонился и протянул ей руку.

Вечер в отеле «Де Виль» был в самом разгаре. В бальном зале играл оркестр, там, казалось, колыхалось море цветов, там царствовали шелк, бархат, парча и атлас. Пена кружев, украшавших наряды танцующих, напоминала барашки волн. Соседний зал тоже бурлил, но несколько по-иному: там резались в запрещенную хоку. Лица игроков были по большей части напряжены, ибо на кон подчас ставились целые состояния. В других помещениях шла игра поспокойней, и заполнявшая их публика лучилась самодовольством, подобно горкам золотых луидоров, возвышавшимся подле элегантных крупье.

Войдя в буфетную, Сен-Жермен поприветствовал находящихся там знакомых изысканным полупоклоном и проводил свою даму к дальнему столику, отъединенному от остальных.

– Что принести вам, мадам?

– То же, что и себе, – равнодушно ответила женщина.

– Я не голоден, – сказал граф, подумав про себя, что это не совсем так. – Нам предлагают ветчину и цыплят, а сейчас, похоже, вносят и блюдо с лобстером.

Он улыбнулся, одарив де Кресси многозначительным взглядом.

– Вы позволяете мне сделать выбор?

– Да, – пробормотала она, чувствуя, что вот-вот утонет в этих темных глубоких глазах. – Выбирайте, я полностью полагаюсь на вас.

Между бровями женщины появилась легкая складка, рука ее вновь потянулась к горлу.

Сен-Жермен кивнул и направился сквозь толчею буфетной к длинной буфетной стойке, уставленной блюдами со всяческой снедью. Там уже переминался с ноги на ногу герцог Вандом, юнец со странной улыбкой и бегающими глазами – по слухам, сущее наказание для своей родовитой семьи.