— Гляди, — Андрей повернул к ней красное лицо, — с такими кадрами мне приходится работать! Мой начальник службы безопасности…

Мужчина попробовал вырваться, но Андрей не слишком вежливо пихнул его к машине.

— Ишь, спохватился. Я еще разберусь, почему телефон молчал. Небось твоя кошка драная опять отключила? Учти, я ей шею сверну за такие штучки!

— Не смей! — Мужчина все-таки сумел вывернуться и оттолкнуть от себя Андрея. — Не смей обзывать Татьяну. Она как-никак тебе ма… — он развернулся всем корпусом, явив столь же красное и потное, как у Андрея лицо. И поправляя съехавший набок галстук, покосился на Надежду. — А это что за явление Христа народу?

Надежда, открыв рот, с ужасом уставилась на него. Этого она никак не ожидала!

— Это мой референт! — сухо сказал Андрей и не менее сухо кивнул на того, чей вид привел Надежду в неподдельное смятение. — Знакомься, мой батя! Легок на помине! Через два часа, — он посмотрел на часы, — нет, через три после того, как его сынка чуть не угрохали. Он, видите ли, отключил телефон, который никогда, слышишь? Никогда не должен отключать!

Андрей сделал новую попытку схватить отца за грудки, но Надежда уже пришла в себя и встала между ними.

— Давай в машину! — приказала она сквозь зубы Андрею. — Что за потеху устроили на забаву охране? Дома разберетесь!

— Почему эта баба тебе приказывает? — выкрикнул из-за ее спины проштрафившийся папа. — Где ты ее подобрал?

— Не твое дело! — буркнул Андрей. Удивительное дело, но он послушался Надежду и направился к своей машине. Но, оглянувшись, бросил отцу: — Ладно, поезжай! Но, зуб даю, разбор полетов устрою по полной программе! Ты меня уже достал!

Они сели в машину, но Андрей не тронулся с места, пока черный «Мерседес» не занял свое место в кавалькаде. Затем посмотрел на Надежду.

— Ты что побледнела? Испугалась, что бате морду набью? — Он усмехнулся. — Стоило бы, но пока до этого дело не дошло. Батя все-таки! Мы частенько с ним бодаемся! Чубы трещат, искры снопом летят… — Андрей махнул рукой. — Да ты не бери в голову! Он у меня мировой дядька! Только мачеха из него веревки вьет. — И пожал плечами. — Только какая она мачеха? Сыкуха на три года меня младше!