Надежда надеялась, что до гор все-таки дело не дойдет, и при виде кирпичных, возникших среди леса довольно претенциозных особняков, поняла, что их путешествие закончилось. Впрочем, догадаться не составило великого труда: в поселок вело единственное бетонное шоссе, перегороженное шлагбаумом. Из будки вышел ражий охранник и бодро взял под козырек. Шлагбаум поднялся, машины не снижая скорости, миновали пост охраны.

— Ты здесь живешь? — поинтересовалась Надежда.

— Не только здесь, — ответил Андрей и подмигнул ей. — Скажем так, это одно из тех благословенных мест, где я останавливаюсь на некоторое время.

Благословенных! Надежда скептически усмехнулась, но промолчала. Ну, хочется мальчику произвести впечатление, и пусть себе! Ей же хотелось просто принять душ, переодеться (она надеялась, что обещания Андрея не пустой звук, и его парни отыщут ее багаж), и пообедать. Ведь она не успела позавтракать, а время уже шло к вечеру. Стоило ей подумать об обеде, как под ложечкой засосало, и она подумала, что на пенсии изрядно избаловала себя. Прежде ей ничего не стоило обойтись в день чашкой чая и бутербродом. Просто тогда, она меньше всего думала о желудке, а теперь он напомнил о себе негромким бурчанием. Надежда сделала вид, что смотрит в окно.

Но Андрей был верен себе.

— Проголодалась! — радостно возвестил он. — А молчит! Ни слова! Что ты за человек? Могли бы где-нибудь притормозить!

— Уймись! — произнесла она сквозь зубы. — Потерплю! Скажи, я смогу принять душ?

— Сможешь, — коротко ответил Андрей, — а за обедом со всем моим семейством встретишься. Батю ты уже видела, теперь с его давалкой познакомишься. С мачехой, так сказать!

— Боже упаси, — Надежда недовольно скривилась, — я совсем не горю желанием…