– Слушаю вас, – такой профессионально вежливый голос может принадлежать только высококлассной секретарше.

– Добрый день, – слегка робея, сказал Николай. – Можно Анатолия Ивановича к телефону.

– Секундочку, – в трубке мелодично замурлыкало, потом щелкнуло, и знакомый уже баритон произнес:

– Да, Волков у телефона.

– Здравствуйте, Анатолий Иванович. Вы меня, наверное, не помните. Мы с вами познакомились в очень необычных обстоятельствах, неделю назад, – Николай понес ту чепуху, которую несут обычно люди, пытаясь начать разговор с плохо знакомым собеседником.

– Ну что вы, конечно помню. Рад, что вы позвонили. Эти негодяи к вам больше не приставали?

– Нет, все хорошо, – ответил Николай. Голос Волкова звучал приветливо, радость по поводу звонка выглядела вполне искренней, но что-то мешало Николаю полностью довериться психологу, что-то кололо глубоко в сердце, портя все представление о собеседнике. Но сны сильно досаждали, обратиться больше было не к кому, и Николай продолжил разговор, преодолевая внутреннее сопротивление. – Меня другое заставило вам позвонить.

– Что именно?

– Сны, очень странные сны.

– Сны? Да, с этим я смогу вам помочь. Почему бы нет? Приходите, потолкуем. Когда вам удобно? Завтра в пять устроит? Отлично. Ах да, я же так и не спросил, как вас зовут, вот балда, – чувствовалось, что Волков улыбается. – Огрев Николай Сергеевич, очень хорошо. Тогда до завтра.

– Всего хорошего, – Николай положил трубку. Ощущение гадливости не проходило, на коже после разговора словно остался липкий противный налет. Видимых причин к таким ощущениям не было, и Николай постарался выкинуть все глупости из головы, обратившись к работе.