— А у нас в школе тоже информатика была, — не утерпев, поделился Егор. — Я даже самую настоящую программу написал, на бейсике, там паровозик по экрану едет и гудит.

— Забавно, забавно, — грустно улыбнулся Чингиз, и темнота съела его улыбку. — Но это все неважно, забудь. Все это раньше было, когда Автор тебя сочинял, а остальные верили. А потом ты ему надоел, роман написан, издан, гонорар обмыт, у него уже другие замыслы… Тут у нас, кстати, земляк твой есть, на острове, так вот он это так сформулировал…

— Какой такой земляк? — дернулся Егор. — По городу?

— По роману. Помнишь такого дядю Антона? Ну вот, он тоже здесь, и разоваривал с тобой. Странно, что ты его не узнал… Шок, разумеется… Да и Антон, полагаю, изрядно тут оброс… Тоже отработан. Сюда иногда закидывает людей из одной книги. Вот, профессор наш с Кириллом, или мы с дядей Падлой… Теперь вы с Антоном… Ну ладно, я вот про что. Антон четко сформулировал: «в исходном мире нас держит лишь ментальная связь с Автором. Односторонний разрыв этой метапсихической нити выкидывает нас либо на остров, либо…» — Чингиз помолчал, пожевал сухими губами.

— Либо куда? — напряженно повернулся к нему Егор.

— Либо никуда. Пустота. Это значит, Автор полностью тебя из мозгов выбросил. Нам еще повезло. Видимо, в какой-то момент прошибло его, что-то он вдруг осознал… Ну, срочно сочинил нам этот остров, на скорую руку. Типа пенсии, да. Успокоился… В общем, ты и сам, наверное, чувствовал, как эта связь слабеет, как все вокруг серым становится. Помнишь, небось последние недели тебе тоскливо как-то вдруг сделалось, пусто на душе?

— Мне даже в третьих героезов играть не хотелось, — чуть слышно признался Егор.

— Вот-вот! — желчно усмехнулся Чингиз. — Так со всеми бывает, перед тем, как сюда… Я, к примеру, запил по-черному, а дядя Падла, наоборот, пиво разлюбил.