Поль уже заметил волнующий изгиб ее спины и подумал, что неплохо было бы занять ею свободный вечерок, если, конечно, такой свободный вечерок случайно выпадет. Его собачья работа не позволяла мечтать о выходных или, во всяком случае, планировать что-либо на несколько дней вперед.

Девушка склонилась над столом, внимательно изучая изображения двух мужчин с густыми черными шевелюрами.

Бло вытащил из большого пакета два клише, вырезанные в форме подковы. Они изображали волосы. Вместо лиц на них были дыры, которые следовало накладывать на предъявляемые для опознания фотографии. Цвет волос на клише был светлым – этакая парочка белокурых скальпов.

Комиссар прикрыл черные шевелюры на обеих полицейских фотографиях светловолосыми клише, и Люсьен тотчас узнала карауливших по обе стороны двери блондинов.

– Вот этот захохотал, когда я попробовала нажать кнопку сигнализации, – проговорила она, указывая на фотографию справа и пытаясь встретиться глазами с Полем.

Другие свидетели высказались столь же категорично, и Бло собрал фотографии.

– Это братья Шварц, – ни на кого не глядя, сухо подвел он итог.

Бло выглядел скромно, но элегантно. Лицо его могло бы показаться обыкновенным, не будь у комиссара таких острых, сверкающих глаз. Большая часть седины на висках появилась у Бло как раз благодаря этому самому Франсуа Кантэ и братьям Шварц. Полиция уже выяснила, что они приехали брать банк на торговом фургончике-404, поскольку к аптекарю в тот день ничего не привозили. Однако этим все полученные сведения и ограничивались.

– Ну, раз вы их всех знаете, то скоро посадите под замок, – сказал Финберг, очень нуждавшийся в оптимистических прогнозах.