- Сюда, - решила она.

Протянув руку, Аш ухватила Рикарда за предплечье, а Анжелотти - за запястье. Спотыкаясь и нетвердо ступая по грязи и толстому слою опавших листьев, она натыкалась на ветви, стряхивала воду с деревьев, не желая спускать глаз с едва заметных силуэтов, маячивших где-то впереди: раскачивающихся сучьев грабов на фоне чистого ночного неба за пределами леса.

- Может, обойти... уф! - женщина разжала онемевшие от холода пальцы и выпустила Рикарда. Сильная рука Анжелотти крепко удерживала ее руку; она рухнула, поскользнувшись, на одно колено и повисла на его руке, на миг ноги потеряли чувствительность. Подошвы сапог скользили по грязи. Нога подвернулась, Аш тяжело и бессильно осела на кучу мокрых листьев, острых сучков и холодной грязи.

- Сукин сын! - она сдвинула назад свой витой пояс для меча, проведя рукой от эфеса по ножнам, застрявшим под ее ногой, проверяя, не появились ли трещины в тонких деревянных ножнах. - Дерьмо!

- Да какого ты расшумелась? - зашептал чей-то голос. - Погаси этот чертов фонарь! Тебе надо, чтобы сюда сбежался весь хренов визиготский легион? Тебе как раз по жопе и врежут алебардой!

- Что верно, то верно, мастер Прайс, - по-английски ответила Аш.

- Командир?

- Угу, - она ухмылялась, невидимая в черноте ночи. Наугад хватаясь за чьи-то руки, она забралась наверх и встала на ноги. Было настолько холодно, что женщина дрожала всем телом и хлопала руками себя по плечам - ничего не видя во тьме. Порыв дождя заставил ее наклонить голову, потом она повернулась мокрым лицом в сторону ветра.

- Мы на опушке? - спросила она. - Повезло тебе, сержант, что нашел нас.

Прайс пробормотал что-то на северном диалекте, из всего сказанного Аш отчетливо разобрала только слова: "...А шума-то, будто шесть пар запряженных быков".