- Улица От? Нет, ни разу не слышал о такой.

- Тогда, пожалуй, придется немного освежить вашу память. - Ламбер осклабился. Кончиком языка он облизал губы, закурил "галуаз" и выпустил дым прямо антиквару в лицо.

Грандель подошел к письменному столу, на котором стоял телефон, молча снял трубку и набрал номер.

- Прошу адвоката... - он не закончил.

Ламбер ударил пальцем по рычагу, схватил антиквара за лацкан пиджака и рывком притянул к себе. Согнутым средним пальцем правой руки он нанес ему резкий удар в ухо, а левой - в печень. Грандель взвыл от боли и, задыхаясь, злобно пробормотал, что Ламбер до конца жизни будет жалеть об этом.

- Послушай, ты, жирная образина, это была лишь небольшая разминка! коротко бросил репортер. - Когда я приложу тебе по-настоящему, ты начнешь извиваться, как уж на сковородке. Ну, так что? Будешь говорить или мне продолжить урок твоего воспитания в духе любви к правде и откровенности?

- Клянусь господом Богом, я не знаю никакой Эреры... - тяжело дыша, пробурчал Грандель.

- Не поминай всуе имя Господне. Итак, где ты был вечером одиннадцатого октября?

- Одиннадцатого октября? Это же было почти неделю назад, разве тут вспомнишь?

- Случайно, не в гостях у некоего маркиза де Веркруиза?

- Вполне возможно. Он хотел кое-что продать мне.

- Он хотел продать тебе кое-что. Не чайную ли ложечку своей прабабушки? А может быть, старую ржавую клетку для попугая?

Грандель засунул палец за ворот рубашки и оттянул его, будто он мешал ему дышать.

- Он совершает по моей рекомендации маленькие коммерческие сделки.

- А ты? Ты провернул маленькую коммерческую операцию с Мажене. Что, если полиция узнает, как ты попросил его срочно приехать в Верде, он сел в машину и сломя голову помчался прямо в затопленный карьер. Может быть, теперь ты все же вспомнишь Эреру?

- Эти угрозы... они беспочвенны.