С хрустом укусив мундштук крупной трубки, обычно проживающей в кармане, я с угрюмой радостью представил реакцию посетителей на дым от сгорания смеси «Амфоры»

Сквозь первые густые облака дыма, через которые тяжелый гнусный взгляд особенно эффектен, я посмотрел на даму в синем стрейч-бархате. Легкое вздрагивание, нарушившее ее шествие в моем направлении, чуть подняло мне настроение. Встретив ее обеспокоенный взгляд, я вдавил обратно в нее дружелюбность, жалобное «за что» и громко подумал, что очень-очень хочу трахнуть ее в попу.

Испуганно отведя глаза, она неуверенно дошла до соседнего столика, где сидели еще две дамы в вечерних платьях и села спиной ко мне. Ощупав взглядом натянутые мышцы этой спины, я позволил взгляду скользнуть по паре пьяненьких глаз, уставившихся на меня с соседнего столика и перевел внимание на бармена.

Бармен, зависнув над стойкой с трубкой в руке, смотрел на меня. Успев убрать взгляд куда-то под стойку, куда уходил провод, он торопливо зашептал что-то в трубку. Видно, вызывал кого-то из агентства, пока я не распугал посетителей. Кстати, о агентстве.

Окутавшись облаком дыма, я загреб бутылку и, втиснув ее рядом с мундштуком, смыл табачный осадок. Столь сложные манипуляции отвлекли внимание сущности от того факта, что я бросил разведочно-беглый взгляд на угловой столик, отгороженный тремя дамами, удобно подвернувшимися для того, чтобы спрятать заинтересованность содержимым этого углового столика.

Затылок белобрысого широкоплечего паренька в кожаном жилете и белой рубахе. Две девушки в черных блузках. Рыжеблондинка и брюнетка. Блондинка смотрит на белобрысый затылок. Смешинки, разбежавшиеся и спрятавшиеся по всему лицу. Черт! Тантрой она, что ли занимается? Брюнетка что-то пишет. Лицо умное.

Соседки дамы в синем пытались буровить меня взглядами. Мягкими, как меховые игрушки. Сама дама в синем доставала из миниатюрной сумочки трубку. Настучав ноготком номер, начавшийся с трех троек, она начала жаловаться: