— У меня есть свежий хлеб и ягоды, — Барла шагнула к коридорчику, что вел в кухню. Доуэл молча кивнул и направился к выходу. Наконец-то у них появилось достойное жилище, просторное и удобное — три зала, выбитых в скале на первом уровне, и пять комнат поменьше — на втором. Мастера из Руата вырубили и отличный хлев для его бегунов и двух тяжеловозов — с помощью этой запряжки он возил бревна из леса. Пришельцы — человек десять, — резко осадили своих скакунов на площадке перед дверьми холда. Один взгляд на их потные злые физиономии — и Барла инстинктивно спряталась за спиной мужа, от всей души желая, чтобы ее собственное лицо в этот миг оказалось перепачканным мукой или сажей.

Глаза предводителя прищурились, на губах заиграла плотоядная ухмылка.

— Ты — Доуэл? — не ожидая ответа, он спрыгнул на землю, бросив через плечо спутникам: — Осмотрите-ка тут все!

Сильные пальцы Доуэла сжались, словно в них была рукоятка топора. Он расправил плечи и, отыскав руку жены, сказал:

— Я — Доуэл. Кто вы?

— Мы из Руата. Теперь ваш повелитель — Фэкс.

Услышав быстрый вздох Барлы, Доуэл крепче стиснул ее ладонь.

— Не слышал я о том, чтобы лорд Кэйл умер. И я уверен…

— Ни в чем нельзя быть уверенным в этом мире, плотник, — пришедший направился к замершей на пороге холда паре, не спуская глаз с Барлы. Невольно ей захотелось уткнуться лицом в плечо мужа, чтобы избежать похотливого взгляда незнакомца.

Вдруг он резко рванул ее за плечо, оттащил от Доуэла и, загототав, начал вертеть и кружить то туда, то сюда, пока у Барлы не помутилось в голове; чтобы устоять на ногах, ей пришлось ухватиться за тунику чужака. К ужасу женщины, он тут же притянул ее к себе. Пальцы Барлы скользили по рукаву кожаной туники, покрытой пылью; обшлаг был в пятнах засохшей крови. Затем над ней склонилось небритое грубое лицо и, едва ощутив гнилостный запах из полуоткрытого рта, Барла вздрогнула и попыталась отвернуть голову.