- Почему странно? Ты очень хорошо говоришь. Совсем не так, как другие в долине. Правду говоря, мне бы очень хотелось почитать.

Она радостно улыбнулась:

- Там ужасный беспорядок. Я ведь пишу, что думаю. Тенгель, милый, что ты делаешь?!

Его руки занялись своим делом. Он тихонько засмеялся и сильнее прижал ее к стене.

В Силье вновь пробудилась надежда. Особенно после того, как Тенгель поведал ей о своих думах и о желании покинуть долину.

Он потерся щекой о лоб Силье. Тенгель не носил бороду, и Силье прекрасно знала почему. Будучи на шестнадцать лет старше ее, он не хотел подчеркивать разницу в возрасте.

- Надо бы пойти навестить Бенедикта, - сказала она. - Я о них очень беспокоюсь.

- Да, конечно, - отстраненно пробормотал Тенгель. - Если бы я только знал, как лучше поступить. Уйти отсюда или все же остаться. Нам же некуда идти, и ты это знаешь не хуже меня.

Она дрожала и вибрировала под кончиками его пальцев. Он словно посылал ей какие-то импульсы. Она никак не могла насытиться им, человеком, что был для всех изгоем. Не только потому, что от природы в нем было очень сильно развито мужское начало. Да она и не сразу это обнаружила. Силье достаточно было только посмотреть на Тенгеля, как она уже начинала возбуждаться и желала лишь одного - полностью раствориться в нем.

Ей пришлось напрячь всю свою волю, чтобы спросить:

- А Бенедикт? Мы разве не сможем пожить там?

- Я не знаю даже, жив ли он. Не поедем же мы к этой ужасной Абелоне. Силье, поверь, мне очень хочется увезти вас отсюда, но я не могу рисковать.

Силье глухо ответила:

- Я не переживу еще одну такую зиму.

- Я знаю. И думаю об этом.

Его губы ласкали ее лоб, виски...

- Что мы делаем? - едва шевеля губами, пробормотала Силье. Ей стало трудно дышать. - Мы уже не молоды. Давно женаты. Но тут, на природе, все по-другому...