Но избежать потерь Майрону не удалось: достаточно вспомнить Дуэйна и Кристиана, Грега и Линду, Джека… Но чаще других Майрон вспоминал Бренду. Он до сих пор посещал ее могилу. Может, ей все равно было суждено умереть — этого он не знал. Может, в ее смерти и не было его вины.

Победы со временем забываются. А потери — жертвы — все время находятся рядом, стучат по плечу, замедляют шаг, преследуют во сне.

Как бы то ни было, Майрону удалось подавить в себе комплекс героя. Последние шесть лет его жизнь была спокойной, размеренной и даже скучной.

Майрон сполоснул тарелки. Он жил в Ливингстоне, штат Нью-Джерси, своем родном городе, да что там — в том же доме, где вырос. Его родители Эллен и Алан совершили свою алию,

Он подумал о завтрашнем вечере и свидании с Эли. Уин, конечно, был идиотом, но, как всегда, своими вопросами если и не попал в яблочко, то все равно не промахнулся. И внешность здесь ни при чем. Понятно, что это была глупость. Как и замечание насчет его комплекса геройства. Но что-то в словах Уина было, и если не лукавить, то трагедия, которую пережила Эли, сыграла свою роль. Отрицать это не имело смысла.

Что же до комплекса геройства и взятом с Эйми и Эрин обещании позвонить в трудную минуту, то здесь дело было в другом. Кем бы ты ни был — годы взросления никогда не проходят гладко. Старшая школа — это зона боевых действий. В школе Майрон был очень популярен. Он вошел в состав лучших баскетболистов страны среди выпускников школ и являлся студентом-атлетом в истинном смысле этого избитого клише. Если кому-то и могло быть легко в школе, то только таким, как Майрон Болитар. Но на самом деле в жизни все оказывалось иначе. Никому не удается прожить эти годы беззаботно и без всяких проблем.