— Вот что, Элм… Сегодня я видел фальшивую грин-карту.

— Как так? — Казалось, мои слова его ничуть не взволновали.

— В общем, карта на самом деле не принадлежит ее владельцу.

— Если генотип владельца не соответствует тому, что введен в карточку, и если эти данные не сочетаются с данными Центральной базы данных, документ гроша ломаного не стоит. С такой фальшивкой будет ходить только последний псих.

Он явно меня не понял.

— Я как раз и толкую о Центральной базе данных — изменения были внесены туда.

Элм пожал плечами:

— Такое тоже случается. Не обычным способом, конечно, но, если знать нужных людей и хорошо заплатить, можно изменить что угодно. Удаляют записи о преступлениях, меняют кредитную историю. Не ври, будто впервые слышишь о подобных проделках.

— Не впервые. А ты когда-нибудь слыхал о том, чтобы клона перевели в категорию настоящих?

Наконец-то Элм проявил хоть какой-то интерес к моим словам: брови его едва заметно поползли вверх.

— Трудновато… Те, кто в состоянии произвести замену, могут отказать, невзирая на цену. — Он снова нехорошо ухмыльнулся. — Так сказать, по принципиальным соображениям.

— Но могут и не отказать?

— Могут… если у тебя найдется образец ткани для идентификации генотипа, а еще если тебе встретится хороший посредник — прожженный и изобретательный мошенник, которому сам черт не брат.

— Вроде тебя?

Элм с самодовольной улыбкой откинулся на спинку кресла и сцепил пальцы домиком. Элмеро нравится воображать, будто он — король преступного мира.

— То, что ты сказал, не находится за пределом моих способностей.

Я задал главный вопрос: