— Это почему? — нагло спросил я, с удовольствием наблюдая, как некоторые члены экипажа согнулись пополам, с трудом сдерживая рвотные спазмы. Ответ я знал заранее. Но мне было приятно спросить.

Офицер проглотил комок и, отвернув в сторону лицо, сквозь зубы процедил:

— Потому, что ты урод.

Таких, как я, называют уродами. Нас единицы. Мы отказались от прелестей, которые принесла цивилизация. Но не отказались от жизни. Наверно потому, что только мы знаем, как она прекрасна. Действительно прекрасна. И если у нас не тот цвет глаз, не шесть пальцев, а пять, если рост наш всего метр семьдесят, а не два тридцать, если вес наш семьдесят килограмм, а не двести, разве мы так уж отличаемся от остальных? Хотя… Конечно отличаемся. Ведь мы — уроды. И таких, как я, раньше сбрасывали со скал и жгли на кострах…

Я знал, что еще несколько дней меня будет преследовать этот сон. Так всегда. Слишком большая нагрузка, и организм не сразу забывает о перенесенных потерях. Иногда сны короткие и скучные. Иногда цветные и интересные. Этот, последний, нейтральный. Вроде ничего серьезного, а чуть без штанов не остался. И все из-за товара.

Я постучал ботинком по крышке контейнера.

На месте.

Заказчик обещал встретить меня на вокзале. Там же передать чек. Пожмем друг другу руки и до свидания. Каждый при своих интересах.

Нет. Жать руку мне никто не станет. Зачем льстить себе? Скорее всего, сунут в нос бумажку, не сказав ни слова, заберут контейнер и позабудут. Так происходит всякий раз. И ничего удивительно. Мало кто не побрезгует пожать руку уроду.

— Уважаемые пассажиры! — ожили встроенные в подлокотники динамики, — Наш корабль через несколько минут совершит посадку в Полярном мегаполисе. Температура под куполом центрального города плюс двадцать два. За куполом — минус тридцать. Снежный ураган и взбесившиеся олени-шатуны. Команда корабля прощается с вами и напоминает: страховка выдается родственникам при наличии останков погибших пассажиров в центральном отделении Перевозок. Предупреждаем, спасательные капсулы и гигиенические пакеты находятся под сиденьями. Да поможет нам бог!