Гид нам попался ненавязчивый и очень старенький. Сначала все рассказывал нам про достопримечательности столицы, а потом вызвал местную скорую помощь и уехал в госпиталь умирать. И остались мы с Кузьмичем в столице одни.

Это не космос, где всегда можно свериться по карте. Спросить у встречных, или, в крайнем случае, определить направление по наличию пыли на поверхности метеоритов. Не знаете? Это же просто. На какой стороне метеорита больше пыли, с той стороны и расположен космический полюс. С космосом нужно быть на одной ноге, и тогда он станет говорить с вами по-людски.

О чем это я? Одни в большом, незнакомом городе… Да.

Кажется, плутали мы дня четыре. Да, Кузьмич? Подсказывает, что все пять. Скорее всего так и есть. У Кузьмича же в голове часы встроены. Истощали, конечно, пообтрепались немного, но не это главное. Это все прелюдия к основному.

После долгих поисков и бесперспективного спрашивания дороги у местных жителей, они и сами не понимали где находятся, мы все же вышли на звук космопорта. Там же садяться-взлетают постоянно. Вот и звук громкий. На звук мы с Кузьмичем и вышли.

А перед самым портом внимание мое привлекло здание, на котором огромными светящимися буквами значилось, что данное строение представляет собой не только памятник древнего зодчества, который охраняется всеми якудзянскими законами, но и местным зоопарком, в котором содержаться млекопитающиеся, пресноводные и соленоводные, а также насекомые и самые разные гады.

— Подожди-ка, — сказал я Кузьмичу, который валялся у меня в кармане и стонал, что голоден и хочет сухариков. Кузьмич высунулся на секунду, заметил надпись о зоопарке, сказал: — «Приехали», — и залез обратно. Не понимаю я существ, которым не интересно, что удивительного есть на других планетах.

Я резко переменил направление и взял курс на зоопарк, дабы полюбоваться инородными формами жизни. Может, по случаю, и спереть по наглости редкий экземпляр бабочки. Если такового, разумеется, у меня в коллекции нет.