Вход в зоопарк стоил два того, о чем не за столом будь сказано. У меня и у Кузьмича этого не было. Пришлось отдать якудзянке-кассирше почти новые ботинки. Жалко, конечно, ботинки, но от Кузьмича они отказались. Я же говорю, что он только мне и нужен. Сам Кузьмич ботинки, правда, не хотел скидывать, но я заставил ради науки.

Отдел бабочек был представлен, прямо скажу, слабо. Три десятка тесных вольеров, в котором порхали разные стремные экземпляры, на которых, у настоящего коллекционера, а тем более охотника за бабочками, как бы получше выразиться, сачок не поднялся бы

Мое внимание заслужили только два экспоната. Совершенно редкая, даже у меня такой нет, доисторическая бабочка-птеродактиль с огромными костяными крыльями и длинным костяным хоботком. Но мертвая. Подвешенная на веревках, и приводящаяся в подобие движения этими же самыми веревками.

И второй. Южно африканский земной слон с перевязанными цепями ушами. На мой вопрос, служащий, который кормил слона-бабочку якудзянскими бананами, ответил, что это для того, чтобы бабочка не улетела. Наверняка якудзянам слона контрабандно подсунул земной мошенник.

Уже совсем без настроения я просмотрел отделение птиц, пауков, змей, животных и прочей разной твари. Этого добра во вселенной хватает. На любой планете имеются такие виды, что хоть красней от стыда, хоть голову в песок от страха. В общем ничего интересного.

Скучающей шаркающей походкой, я добрел до последнего отделения. На входе красовалась табличка — «Гады». У запертых наглухо металлических ворот стояла усиленная охрана при оружии. На мой робкий вопрос, могу ли я пройти, охрана обрадовалась и почти силком затолкала меня внутрь, поясняя, что местное население сюда не ходит, потому как боится, а они рады мне как юбилейному первому посетителю.

Уже внутри, почувствовав спиной холод закрывающейся двери, и, услыхав звук задвигаемых наглухо засовов, я подумал, что моя идея с посещением этого места не самая удачная. Но с другой стороны, это же зоопарк, и ничего дурного со мной, надо думать, не произойдет.