А здесь, в сырой среде, где и света то нормального кроме фонарика нет, время движется неумолимо стремительно. В минуты погружения на ум приходят слова одного очень старого конферансье о том, что время в жидкости относительно. Человек, стоящий на суше успевает скурить одну сигару, в то время как человек в воде не успевает раскурить даже одной.

Местная фауна и флора, в лице многочисленных бездумных и возможно думных представителей, как малых, так и весьма крупных форм, уже одумалось и перестав глодать невкусные остатки некогда разговорчивого челнока, обратили взоры свои на мою скромную персону.

Находясь на глубине порядка ста восемнадцати метров сработал датчик голодности, зашитый в правое заднее отделение универсальных плавок. Данный датчик реагирует на уровень выделяемых любыми существами желудочного сока, и в настоящий момент его просто закаливало, что без преувеличения сказать, влияло на постоянную скорость пловца. Меня, то есть.

Если предчувствия меня не обманывают, а они меня никогда и ни за что не посмеют обмануть, то до первого укуса меня отделяет всего несколько секунд. Возможно даже меньше.

Вода за спиной жутко забурлила от многочисленности живности, датчик голодности зашалил и вышел из строя, и я, сжимая со всей силы зубами ниточку, которая связывала меня с воздушным миром, дернул за основное кольцо.

Мое личное изобретение. Иллюзаптор Сергеева. Запатентовано. И изготовлено в единственном числе для меня и специально для таких вот неприятных случаев.

Боковые контейнеры водолазного сопливчика открылись. Из них вылезло пара трубок. Из которых, строго перпендикулярно моему движению, выстрелило двумя головастиками. Гадостная штука, должен признаться. Воняют так, словно жарят здоровенную тушу коричневой акулы. Вкусно и аппетитно. Но на вкус головастики жутко ядовиты. Не завидую тем, кто покуситься на их головастую жизнь.