Его бросок в мою сторону был молниеносным, но даже если бы я не успела его заметить, без труда смогла почувствовать.

Запах предстоящего нападения ударил мне в ноздри и, за мгновение до того, как он оказался на моем месте, я уже была с другой стороны широкой кровати.

— Таня, я уже все придумал. — Он сделал осторожный шаг в мою сторону. Мягко. Не идя — танцуя одним единственным шагом. Еще раз доказывая мне мою степень безрассудства в тот миг, когда я пошла за ним, не заметив, насколько он чужд именно этому миру. И… убеждая, что боец он сильный. — Чтобы и ты свободу свою не потеряла, и мне не пришлось возвращать ему то, чем он со мной рассчитался.

А вот это мне уже что-то напоминало. И не успела я об этом подумать, как память вновь решила мне услужить, вытащив из своих кладовых воспоминание о сказке, которую мне читала в детстве мама. Про Иванушку-дурачка, который за счастьем ходил.

— Как тебя угораздило в эти дела влипнуть?

Ну не хотелось мне его калечить. Пусть даже и временно. Вот не было никакого настроения… И что прикажете делать с кошачьим сердцем, которое при малейшем взгляде на него отказывалось ровно биться, сбиваясь на галоп?!

— Может, мы объявим временное перемирие и спокойно поговорим. Если тебя не устроит мое предложение, ты сможешь попытаться еще раз попортить мне шкурку. А если устроит…

И его взгляд весьма недвусмысленно скользнул по моему обнаженному телу.

Бестия! Мои мышцы напряглись, готовые мгновенно уменьшить расстояние между нами. И все именно так и произошло бы, если бы мой хвост при этом не вел себя уж больно задумчиво. А к его мнению я предпочитала прислушиваться.

Уж как-то так получалось, что именно он и стал средоточием моих звериных инстинктов. И если когти и клыки четко отслеживали желания моего человеческого 'я', правда, лишь до тех пор, пока моей жизни не угрожала действительная опасность, то этот реагировал на то, что ускользало от моего сознания.