поэтому шли не торопясь, отдыхая, где хотелось, останавливаясь там, где природа являла перед их глазами приятные картины единства воды, земли и неба. Дел у них не было. Слегка ошалев от безделья, они ждали, что вот-вот где-нибудь вспыхнет очередная война или мор, или голод и тогда всг встанет на свои места. Их снова позовут и снова начнутся кровавые безобразия. Однако время шло и ничего подобного не происходило. Страна отдыхала. Долгожданный мир снизошгл на землю...

Ирокезов младший, отведя глаза от прогма, глянул на мешки, сложенные у дальней стены. В мешках хранилась провизия, купленная перед последним, самым большим переходом.

- Может поедим а, папаша?

- Отчего не поесть? - согласился Ирокезов-старший. Они развязали мешки и, повернувшись спиной к прогму, начали трапезничать. Не успели они набить свои желудки и наполовину, как перед входом послышался шум, и четверо странников появились перед Ирокезовыми.

- Ой - сказал первый странник - извините, мы нечаянно.

- Ничего, ничего - сказал Ирокезов-младший - мы вам рады ...

Он действительно обрадовался. Гости могли оказаться разговорчивыми и много чего рассказать.

- А если возгордятся и ничего не скажут, то я им морды побью - какое-никакое, а развлечение ...

Ирокезовы разложили перед гостями продукты и разыграли секстет на мешках с едой.

Непогода загнала в гости к Ирокезовым странников, каких было не мало и в греческой земле. Утолив первые муки голода, люди откинулись назад и давая отдохнуть зубам густили в работу языки. По праву хозяев вопросы задавали Ирокезовы.

- Что же потянуло вас в путь, почтенные, в такую-то погоду.

Самый старший из путников вытер руки о бороду, и закатив глаза ответил.

- Любопытство. Невинное любопытство.

Ирокезов-старший поднял бровь над правым глазом. Эти два старичка и мальчишка вполне могли оказаться тевтонской разведкой. С такими нужно было держать ухо востро.