— Нравятся? — спросил Котов.

— Ничего…

Когда допили водку, Дима подошёл к девушкам и, наклонившись, стал что-то говорить. Те заулыбались, переглянулись и пожали плечами. Дима подал руку одной, другой, и подвёл их к своему столику.

— Валентин, позволь тебе представить Олю и Наташу. Они любезно согласились составить нам компанию. Это мой товарищ, Валентин, он тоже музыкант.

Усадив девиц, Дима заказал шампанское, фрукты и ещё водки.

Принесли две порции курицы «по-министерски», и Дима спохватился, что ведь не будут они жрать вдвоём со Степановым, начал было снова звать официанта, но дамы его остановили, сказав, что есть вообще не будут.

Выпив, захотели подвигаться, и все четверо выходили танцевать кто как может, вместе с другой подвыпившей публикой.

Потом они сидели за столиком, и Дима вешал девушкам на уши лапшу:

— Ленконцерт — отвратительно пошлая организация. Хорошие музыканты везде нарасхват. Нас сейчас приглашают ехать в Америку с Пугачёвой… Мы не торопимся с ответом.

Раскрасневшиеся девицы глупо смеялись, блестели глазками и прижимали к губам бокалы с шампанским.

Вернувшийся из туалета Степанов наклонился к Котову и прошептал на ухо:

— Предупредили насчёт этих тёлок. Могут по ушам надавать.

— Кто? — не понял Котов.

— В смысле — какие-то их мужики. Отморозки.

— Уходим… — заторопился совсем уже пьяный Котов. — Иди, купи бутылку с собой. Четвертного хватит?… Это надо допить…

Он налил водку в фужер для напитка и выпил.

— Берём тачку и едем ко мне… — зашептал он девушкам доверительно.

— Мы не знаем… А у вас квартира?

Котов утвердительно кивнул, налил ещё один полный фужер водки, выпил и занюхал хлебом.

Из служебного прохода вышел Степанов с оттопыривающимся внутренним карманом пиджака.