– Как ты собираешься проскочить? – поинтересовалась девушка, с сомнением глядя на мастеровых возле кареты. – Заметят – плетей дадут.

– В первый раз что ли. – Флегматично сказал мальчик, но в душе похолодел. Получить плетей это точно потом неделю отлеживаться и бояться на улицу выйти. Насмешки приятелей да щипание подживающих следов от ударов – не самые лучшие ощущения. Он уже их испытывал и больше ему повторять не хотелось.

– Нет уж. – Категорично заявила девушка и добавила: – Мне и за прошлый раз стыдно.

– А что делать? – полувозмущенно спросил мальчик: – У тебя под кроватью ночевать? Знаешь, какая там пылюка? Дышать невозможно. Я думал задохнусь пока эти тетки тут бегали… Кстати, что они тебе за отраву дают?

– Я не знаю. – Честно ответила Ингрид и, пожав плечами, смущенно улыбнулась. – Только после нее жутко спать хочется.

– Прикольно! – сказал мальчик, что-то задумав. – А ты мне можешь это дать?

– Тебе зачем? – С подозрением спросила девушка.

– Повару подолью. Что бы проспал завтрак. Если меня плетками отходили за то, что опоздал утром, то может и ему перепадет?

– Нееее. – протянула Ингрид и даже отмахнулась своей ладошкой: – Ты чего? Мой отец его обожает! Иногда мне кажется даже больше чем свою новую эту… Во всяком случае от новой он в любой момент отказаться может, а от повара нет. Повар даже с нами завтра поедет.

– Так вы все-таки уезжаете? – обиженным тоном спросил мальчик.

– Да я бы не поехала. – Заявила Ингрид, снова пожимая острыми плечиками. – Там такая скука! Ты бы знал… Отец только на охоту ходит да напивается с друзьями. А я там одна с Хельмой. На второй – третий день мне уже так тоскливо становится, что я даже вышивать сажусь сама без понуканий. Делать все равно нечего. Хельма – старая карга, вечно спит. А когда не спит все поучает, рассказывая какой хорошей девочкой была моя мама. Если ей верить, то моя мама из-за шитья не вылезала, а любимым ее занятием было прихорашиваться у зеркала. В общем, заклинило старуху. Совсем весь ум проспала.