Путешественники по телепространству были в большом, хорошо освещенном зале, заставленном рядами кресел. В креслах сидели люди – бородатые, плешивые, дурно одетые или, наоборот, в добротных, партийно-профсоюзного кроя костюмах. Публика была чем-то странная и близкая. Впереди было пространство сцены. В зале было несколько телекамер и множество прожекторов, излучающих яркий, жарящий свет. Было очень жарко.

На сцене стоял стол для президиума. Рядом со столом возвышался сложный, ярко-красный, ощерившийся непонятными приспособлениями аппарат на гусеницах. Чем-то он походил на бормашину. Его сущность и назначение расписывал огромный толстый (человек-гора прямо) в синем костюме мужчина. Он постоянно вытирал со лба пот платком, на его лице играл детский румянец.

– Пошли, присядем, – подтолкнул Лаврушин своего друга. Они прошли на край первого ряда, где было несколько свободных кресел Обсуждение было в самом разгаре. Присмотревшись, Лаврушин понял, что они попали на передачу для изобретателей «Это мы могем».

Обсуждение было в самом разгаре, появление новых людей никто не заметил.

– Вызывает некоторый интерес система передач. Некоторые нестандартные решения. Но… – начал речь худой очкастый мужчина из президиума.

Он пустился в длинный перечень этих «но», которые больше походили на мелкую шрапнель, разносящую на кусочки изобретение.

Но ему не дали разойтись. Благородного вида седовласый председательствующий прервал его, обратился к изобретателю:

– Как вы думаете совершенствовать свое изобретение?

– Хочу приспособить его с помощью дистанционного управления для сбора морской капусты под во-1, ой. Также можно продумать и вопрос о придании ему качеств аппарата летательного. Это помогло бы опыления сельхозугодий и борьбы с лесными пожарами.

– Понятно – послышалось рядом с Лаврушиным саркастическое восклицание. Поднялся бородатый штатный скептик. – А вас, так ск-з-зать, многопрофильность этого, с поз-з-зволения скз-зать изобретения, не смущает?