Впереди – барьер антивремени, зеркало антимира, граница Вселенной, Галактики. Позади – темнота.

– Автоматическую ракету бы пустить. Зачем полетели сами? – произносит потом капитан. Помолчав, признается: – Страшно боюсь отражения.

– Мы не успеем теперь затормозить, – жестко говорит штурман. – Вперед!

И вперед, все дальше мчится корабль. Но отважных поджидает непонятное и таинственное пространство, где вспять движется время.

Часы, минуты, секунды уходят. Лица покрыты потом. Светом залиты пульты. Все замедляется. Тянется еще минута. Долгая дрожь. Удар. Еще удар.

Дрожь.

Долгая минута еще тянется. Замедляется. Все пульты залиты светом. Потом покрыты лица. Уходят секунды, минуты, часы…

Время движется вспять. Где пространство? Таинственное и непонятное поджидает отважных. Но корабль мчится дальше – все вперед и вперед.

Штурман говорит жестко:

– Затормозить? Теперь успеем.

– Не мы – отражения. Боюсь. Страшно, – признается, помолчав, капитан. Потом произносит: – Сами полетели. Зачем? Пустить бы ракету, автоматическую.

Темнота. Позади – галактики Вселенной, граница антимира, зеркало антивремени, барьер. Впереди – ничто и кромешная тьма.

– И мрак и холод ждут нас. Пусть. Смелые летят дальше. Нет остановки без движения, и смерти без жизни нет. Жизнь – это движение. Остановка – это смерть, – вслух размышляет штурман. – Переход неопасен людям. Зачем зонд?

– Беспилотный радиозонд? Послать другим знак.

– Его сделает время, уничтожив антивещество. Ждать этого долго – очень не скоро это случится. Искривятся и разорвутся поля, гравитационные и магнитные силы. Большой Взрыв озарит темноту. Так будет. Барьер проходим. Мы, представьте, это доказали. Некоторые теоретики предполагают иное, – отвечает штурман.