Один из генералов побелел и лихорадочно схватился за пистолет, но штуковины, не причинив высокопоставленным чинам никакого вреда, упали в машину и рассыпались вокруг нее. Главный генерал подобрал хрупкую на вид и сильно смахивающую на мыльный пузырь фитюльку. Внезапно она затрепетала в ладони генерала. С остекленевшим взглядом тот сел.

Двое других принялись трясти его:

— Фрэнк! Фрэнк!

Взгляд генерала медленно прояснился; он посмотрел на одного своего подчиненного, затем на другого.

— Вы еще здесь? — слабым голосом произнес он, а затем выдохнул: — Боже мой!

— Что это было, Фрэнк? Оно тебя одурманило? Главный генерал опустил взгляд на сверкающую штуковину у себя в ладони. Никаких особых ощущений — обычный пузырь из пластика. И никакой вибрации. Фитюлька лишилась энергии.

— Там было… счастье, — пролепетал генерал.

В буйной траве вокруг автомобиля сверкали и переливались другие штуковины.

— Берите, — ободряюще крикнул пришелец, — берите сколько хотите. Скажите вашим начальникам, скажите друзьям. Приходите вместе и порознь! Мы приносим счастье!

За полдня новость разнеслась повсюду. Работа в нью-йоркских конторах остановилась; сплошной людской поток паромом и туннелем переправлялся через реку. Из Трентона прилетел губернатор и провел с пришельцами получасовые переговоры, после чего вылез из звездолета с ошалелыми глазами и заплечной сумкой, полной блестящих капсул.

Народ, по колено в грязи, топтался и ползал вокруг корабля. Каждый час показывался тощий пришелец и швырял очередную пригоршню капсул. Тут же раздавались дикие вопли и визг; толпа ненадолго сгущалась в месте падения капсул — будто металлические опилки, притянутые магнитом, — и снова понемногу растекалась.

Тысячи блеклых использованных капсул валялись в траве. Повсюду мелькали обалделые, восторженные физиономии тех, кто уже попробовал капсулу.