Фриний мрачно взглянул на горбуна:

- Рад, что ты уже пришел в себя, старина. Давай-ка, раз так, займемся делами насущными, тем более, что факелы мы действительно с собой не взяли, а огненных браслетов будет достаточно для освещения. Да, Иссканр, ты уже можешь прикоснуться к нему - а снять у тебя все равно не получится, пытайся или не пытайся.

- Вообще никогда?!

- Когда выйдем из Лабиринта, если захочешь, я избавлю тебя от него, с легкостью пообещал Фриний. Хотя знал, что из Лабиринта суждено выйти не всем, далеко не всем! - Так вот, о насущном. Как я уже говорил вам, никто точно не знает, каким образом Лабиринт устроен, да и, собственно, что в нем находится. Известно лишь о шести или около того выходах, которые всегда обнаруживаются в тех местах, где раньше о них и не слыхали, - но все в пределах Сломанного Хребта. И никому неизвестно, чтобы кто-нибудь вошел в Лабиринт и вернулся оттуда.

- Отсюда, - мрачно поправил Быйца. - Мне известно о таком человеке. Году, кажется в 550 или 551 от Первого Снисхождения один бастард решил податься в Негешру, тогда как раз начался Пятый захребетный поход... так вот, решить решил, но в наследство от не умершего еще батюшки ему б не досталось и дверной ручки от чердачного окна, так что паренек попросту "одолжил" у родителя чуток денег и исчез. Батюшка был человеком строгих нравов и прижимистого характера, он из принципа отрядил за бастардом погоню - те вскоре вынюхали след беглеца и уже, что называется, дышали пареньку в затылок. Бастард-неудачник прибился к каравану, отправлявшемуся по северному перевалу в Негешру, но караван двигался медленно, а батюшкины сыскари - быстро; он в последний момент узнал о погоне, оставил караван и отправился в горы в надежде, что спутает следы. Ему, конечно, это не удалось - и если бы не случайность, висеть бы незадачливому вору на какой-нибудь здешней горной вишне, ногами воздух месить.

- Случайностью, само собой, оказался вход в Лабиринт, - хмыкнул Иссканр. - Я таких историй наслушался...