- Ты - наслушался, а я его видел, - отрезал Быйца. - Уже вернувшегося из Лабиринта видел. За одну ночь, проведенную здесь, парнишка стал лысым, как яичная скорлупа, - и таким же хрупким. Из него словно вытянули все жизненные соки - и в образовавшиеся пустоты вошло что-то совсем другое. Сыскари решили не торопиться с повешеньем и привезли бастарда к батюшке, а тот был и сам не рад, что так все получилось. Вернувшийся из Лабиринта, сынок его незаконнорожденный вдруг напрочь позабыл наш язык, зато взамен балакал на каком-то непонятном. Кое-кто из ученых говорил, что распознаёт в нем слова, родственные языку прежних обитателей Иншгурры, которых, как вы знаете, почти всех уничтожили зверобоги во время Второго Снисхождения.

- С пралюдьми ясно, а вот что случилось потом с бастардом? - спросил Фриний.

- Я же говорю, стал хрупким, как яичная скорлупа. Однажды стоял у двери, а ту рывком открыли - и дверью беднягу пристукнули. Сломали кости, череп как молотом проломили.

- Во в прежнее время силачи жили, не то что сейчас! - подковырнул Иссканр.

- При чем тут силачи? - раздраженно отмахнулся Быйца. - Говорю же, он стал хрупким! А дверь открыла обыкновенная служаночка, с ней потом еще обморок случился и истерика, когда узнала, что ненароком до смерти зашибла молодого господина.

Фриний улыбнулся:

- Ну вот, значит, все-таки кто-то выходил.

- Ты еще скажи "а вы боялись"! - хмыкнул Быйца. - Лучше признайся, что же мы такого должны исполнить, чтобы они выполнили свои обещания.

- Мы должны попасть в зал Средоточия. Он расположен примерно в центре Лабиринта.

- И?

- Там поймем. Мне сказали, что главное - попасть в зал.

- Значит, - подытожил Быйца, - попасть туда не так уж и легко. Кстати, этот зал - средоточия чего?

Фриний развел руками, мол, ни малейшего понятия.

- Думаю, все выяснится на месте.