"Туд тибя дажжидаюца тваи друзья. Старые. Прихади скарей".

Ничего не скажешь, это она хорошо сообразила. Даже если бы гвардейцы поймали Друлли, всегда можно сказать, что Лютен нарочно послала собаку за муженьком. И никто не заметит трех штришков внизу письма, а в них зашифровано: "Держись от нас подальше, пока гвардейцы не свалят. Если не свалят - встречаемся в Трех Соснах". Три Сосны - это деревня дальше по тракту, если на юг ехать.

В другой раз, будь Кайнор при кафтане и штанах, он бы прямо туда и отправился. Но сегодняшние скачки в окна такую возможность исключили напрочь. До ночи, во всяком случае, придется полежать в кустах, а дальше по ситуации.

Кайнор аккуратно оборвал уголок с тремя штришками и вложил письмо за ошейник Друлли. Потрепал лохматую по загривку:

- Извини, что ничего с собой нет. В другой раз сквитаемся, морда. Ну, беги!

Она побежала к фургонам, по-щенячьи выворачивая задние лапы. Кайнор поневоле улыбнулся: Друлли он выходил из мокрой, дрожащей зверушки размером не больше детского кулачка. Никто в труппе не верил тогда, что собачка выживет...

"Нашел время сантименты разводить, старый пень!" - Кайнор потер шею и решил, что вполне может позволить себе вздремнуть. Ночка при любом раскладе предстояла та еще...

- Ты только не дергайся, - сказали у него за спиной. - А ти-ихо-тихо руки за голову - и вставай.

Медленно и "ти-ихо" Кайнор поднялся.

- Вот молодец, - проворчал гвардеец, Цапля ведает как оказавшийся у него за спиной. - Теперь двигай к фургонам. Тебя уж все заждались, Гвоздь.

В каждой голове - куда деваться! - прописаны свои законы и запреты. А еще - советы не поступать так-то и так-то. В Кайноровой, например, сейчас ожил и запульсировал совет повиноваться пленителю во всем и беспрекословно.

Прямо сквозь кусты, не заботясь уже о изодранном исподнем, он побрел к фургонам.