– И это теперь называется бюро! – с горечью произнесла она. – Три часа воду в ступе толкли… – Насторожилась, повела ноздрями. – Кофе? Богато живете…
– Товарищ из Москвы привез, – объяснил Аристарх. – Вам как, Алла Алексевна, с сахаром?
– Не подлизывайтесь, Аристарх, не подлизывайтесь… – ворчливо отозвалась редакторша. – Взяточничество ваше вам на сей раз не поможет. – Она проковыляла к своему столу, и пухлый портфель ее казался огромным, поскольку росточку Алла Алексеевна была крохотного. Этакий добрый гномик, полагающий себя драконом. – Впрочем, об этом потом… Светланочка, что у нас с ветераном?
– Вот, – сказала Светланка – и покраснела.
Ей, действительно, было стыдно. Редакторша взобралась тем временем на стул, приняла протянутый лист и, водрузив очки, приступила к чтению.
– Нет, – сразу же сказала она. – «Память огненных лет» – это, скорее, рубрика, чем заголовок… Над названием – подумайте…
Светланка мелко покивала.
В редакции стояла напряженная тишина. Озадаченно хмурясь, старушка вникала в текст.
– «Живота!» – негодующе прочла она вслух и, аккуратно вычеркнув, вписала сверху: «жизни».
Потом принялась как бы между прочим постукивать по столу шариковой ручкой. С каждым стуком что-то внутри у Светланки обрывалось. И на кой черт она послушала Аристарха! Нет чтобы честно признаться: не справилась, завалила сдачу материала, лепите выговор…
Наконец Алла Алексеевна вздохнула и сняла очки.
– Да, – разочарованно произнесла она. – Все это можно было написать, и не выходя из редакции…
«Сейчас вернет…» – тоскливо подумала Светланка.
Аристарх благоразумно помалкивал.
Алла Алексеевна кивала скорбным морщинистым лицом.
– Будем публиковать, – неожиданно объявила она. – Ему вон уже скоро на пенсию идти, а мы еще о нем – ни строчки. Про остальных ветеранов писано-переписано, один только он и остался… неосвещенный… – Поджала губы, закручинилась. – Не расстраивайтесь, Светланочка. Не вы первая. Все на нем обжигались, и я в том числе… Значит, так! Словесную вашу трескотню я ставлю в номер, а впредь за такие стихотворения в прозе буду карать беспощадно… Минутку! – всполошилась она. – А подпись где? Это же авторский материал, он под его фамилией пойдет!..