— А меня Ира, — ответила девушка, сидящая возле него.

— Олег.

— Илья, раздался чей-то голос.

— Николай, — произнес он, начиная осознавать, что с ним произошло что-то серьезное, от чего засосало под ложечкой.

— Там еще, Инга и Николай, только им так хреново, что они совсем не разговаривают. Мы так еще держимся, но с трудом.

— Так, где я?

— В тюрьме, как и все мы.

— За что, почему, какая еще блин, тюрьма?

— Кино смотришь, парень. Самая обычная тюрьма. Тебя как взяли?

— Да я сам не понимаю. Собака какая-то потерялась, потом нашлась, решили обмыть находку, и я вырубился.

— Ты гляди, опять этот прием повторили. Славку тоже так взяли. Один молодой парень, вроде нас, а второй мужик в годах, точно?

— Вроде того.

— И сеттер рыжий.

— Кажется.

— Я же говорю, повторяются. А меня в пивной взяли. Купили за бутылку, а я как самый последний лох клюнул на это дело. Вот суки, — он выругался и сплюнул, — Сам откуда?

— Из Москвы.

— Ни хрена себе, они уже народ из Москвы хапают. Видать круто дело поставили. А я из Питера, Ира тоже. Остальные кто откуда.

— Я из Твери, произнес парень, представившийся Виктором.

— Сколько же здесь нас и зачем мы?

— Скоро узнаешь, — понурив голову, произнесла Ира.

— С тобой стало семеро, а было девять.

— Что значит было?

— То и значит, — ответил Виктор, единственный, кто еще имел самообладание внятно говорить и объяснять происходящее, — нас взяли на органы. Сегодня придешь в себя, завтра возьмут анализы, проверят, на что годишься и две недели на водопой.

— Какой еще водопой?

— Натуральный. Жратвы ни грамма, только одна вода, чтобы очистить организм от всей дряни, что у тебя накопилась. Пьешь, колешься?