Потом опять болтаешь, вновь ешь, снова спишь. И так изо дня в день. Скукота? Может быть, но мне нравиться. Жаль, что так будет продолжаться недолго... Правда, было одно обстоятельство, которое яростно протестовало против такого долгого отсутствия представительниц женского пола... Наверное, поэтому мне и пришла мысль. Мысль! - Скажи, Артур, - начал я, - ты никогда не хотел побывать среди людей? - А сейчас я среди кого? - удивился леший. - Я имею в виду не среди человека, а среди человеков! Никогда не хотел? - Ну, допустим, всегда хотел, - ответил Артур, подозрительно меня оглядывая. - Тогда нет проблем! - вскочил я. - Ты же мне рассказывал, что можешь любого человека на свое место посадить. Он станет лешим, а ты - обычным человеком. Правда, тогда ты, как и все люди, состаришься и умрешь. - Ну? - Ты также как-то говорил, что любой старик, прикоснувшийся к цветку папоротника, тотчас же помолодеет! - Лес поделиться с ним живительной силой. Ну? - А что если мы будем с тобой меняться: сорок лет там, - я махнул рукой в ту сторону, откуда пришел, - сорок лет здесь?! Артур недоверчиво уставился на меня. Видя, что семя моей мысли дает ростки, добавил: - Ты же мои чувства и мысли читать умеешь. Ну!.. Давай!.. Убедишься, что мне здесь очень нравиться!.. Правда, можно меняться не через сорок лет... Лучше - через двадцать. Или даже десять. Чтобы не приедалось. А? Ну? - Я думаю, - отозвался леший. Думал он долго... А на утро третьего дня подошел и сказал: - Хорошо. Теперь ты - леший, а я - человек. И пошел прочь. - Это все?! - пораженно воскликнул я. Артур обернулся. - А ты чего ожидал? Грома и молний? - усмехнулся он. - Хотя бы... - Ладно, через двадцать годков увидимся, - бывший леший отвернулся, осторожно обошел папоротник и, что-то весело напевая, пошел в "неизвестном" направлении. - Кхе-кхе, - деланно откашлялся я, закрывая перед Артуром отвод. Теперь я знал, как это делается! Как и многое другое... "Неужели надул, гад?!" Ух, ты! Так это же его мысль! - Ты чего? - настороженно спросил Артур.