Весенние ветры забрякали омертвелыми ветками на плодовых деревьях, очищая их так же действенно, как это мог бы сделать человек при помощи пилы, садовых ножниц и ножа. Было видно, что сад старый - массивные стволы и высокие кроны выдавали, что корни их растут очень давно, - но он стал абсолютно здоровым. Набухли и раскрылись почки. Одни развернулись в свежие листья с красноватыми краями, другие - в нежные, словно их присыпали пудрой, цветки. Тень от них была такая плотная, что между деревьями не росли сорняки. В поле было иначе. Что бы Эш ни делал с почвой, ничто не действовало на задутые ветром семена, прораставшие в бороздах между ними. Они взошли интенсивно, один стебель вплотную к другому, корни плотно переплелись, метелки поднимались все выше и выше, стремясь безудержно к солнечному свету. Только встав на четвереньки, можно было увидеть крошечные зеленые всходы под паутиной сорняков.

- Ну вот, - сказал Малькольм Мэксилл, - не сгнило, так эта нечисть повылазила. Но кое-кто в округе почешется. У меня недели на две-три раньше вырастет, чем у всех. Для Мэксиллов депрессия кончилась. Знаете, что? Придется дьявольски поработать, чтобы избавиться от сорняков. Пожалуй, надо раздобыть трактор. Тогда на будущий год не придется никого нанимать на пахоту. Может, он хоть трактор сумеет водить?

- Он умеет, - сообщила Нэн, игнорируя присутствие Эша не хуже, чем ее отец. - Но не станет.

- Это еще почему?

- Он машин не любит.

- Небось его устроили бы лошадь или мул? - негодующе фыркнул Мэксилл.

- Возможно. Но сорняки он выдергивать не станет.

- Да какого же черта!

- Я тебе говорила, папа. Он не станет убивать.

- Убивать _сорняки_?

- Ничего он не будет убивать. Не стоит из-за этого ссориться, так уж он устроен.

- По-дурацки устроен, если тебя интересует мое мнение!

Все же Мэксилл купил трактор и массу деталей к нему и обрабатывал хлеб, обливаясь потом и ругаясь (когда девчонки не могли слышать), проклиная Эша, который ни черта на ферме не делает, знай бродит повсюду да трогает все.