И все равно, если кто-то может выручить сейчас, так это Шахимат. В мозгу взволнованного Антона родилась неясная еще мысль, заставившая сердце забиться сильнее.
"Только бы он был на месте", – думал Антон, шагая по гулким опустевшим коридорам института. Шахимат часто выезжал на различные соревнования.
Антону повезло: Шахимат был в своем отсеке. Широко расставив массивные ноги-тумбы, он ковырялся в чреве шахматного компьютера.
– А вот мы тебе, голубчик, напряжение на контакты подбавим, тогда варианты подальше рассчитывать будешь, – донеслось до Антона бормотание робота, сосредоточенно подкручивавшего верньер настройки.
В его голосе Антон отчетливо уловил интонации главного конструктора: талантливый робот был ужасно переимчив.
На звук шагов Шахимат обернулся.
– Шахимат, только ты можешь спасти меня! – выпалил Антон.
Широкое пластиковое лицо робота не выразило никаких эмоций.
– Ты должен помочь мне, – добавил Антон упавшим голосом.
– Я никому ничего не должен, – ответил робот после еле заметной заминки, в течение которой он обдумывал слова лаборанта. – Объективно говоря, категория долга...
– Оставь свою заумь! – оборвал его Антон и рассказал о своем пари с Грегором, которое заключил пятнадцать минут назад.
Шахимат оставил работу и с удивлением воззрился на человека. Рациональному мозгу робота трудно было осознать, как это можно заключать пари почти без всяких шансов на успех.
– Клянусь плавающей запятой, твое дело – труба, как говорит мой шеф, авторитетно заключил робот, снова принимаясь за компьютер. – Я только что прикинул: вероятность твоей победы практически равна нулю. Грегор Гарад играет вполне прилично для человека, а ты... – Недоговорив, Шахимат махнул своей огромной шестипалой конечностью.