С этими словами Дэйв ухмыльнулся и, сложив ладони в чашечку, тихо произнес какую-то фразу. Над его ладонями появился голубой шар и в нем Прометей увидел джунгли, опустошенное поле, сожженное солнцем, черных людей, одетых в набедренные повязки. Люди были худые, изможденные, на осунувшихся скулах кожа была натянута так, что казалось она вот-вот лопнет. Прометей понял, что в данный момент женщины провожают мужчин на охоту. Потом в шаре появился крупным планом человек, лицо которого пересекал ужасный шрам. Одного глаза у него не было, щека разворочена, а потом шрам спускался ниже по шее и на грудь. Правая рука человека была высохшей и тонкой. Он сидел на драной циновке и с тоской смотрел вслед мужчинам, уходившим на охоту в джунгли…

Дэйв искоса посмотрел на Прометея и снова произнес тихую фразу. В шаре картинка сменилась. Теперь в ней отражался седой, неопрятный человек, лет семидесяти или восьмидесяти. Серая щетина, мутные глаза, пустые бутылки на полу и засохшие объедки говорили о запое, как минимум недельной продолжительности. Старик, пошатываясь, встал с кровати, подошел к окну, отдернул занавеску и долго смотрел на улицу. Потом закричал, грозя кулаком куда-то вверх…

Картинка опять сменилась. Теперь в шаре отображалась старушка, в отличие от предыдущего персонажа, одетая очень опрятно, даже изыскано. Судя по обстановке комнаты, жила она, как минимум, в достатке. Три кошки и три собаки, сидевшие возле её ног, казалось, говорили Прометею "старушка очень одинока". Дэйв, словно прочитав мысли Прометея, произнес:

— Старая дева, — и усмехнувшись, добавил: И даже девственница.

Потом в шаре снова мелькали люди. Всего было пятнадцать человек. Они были с разных континентов, разных национальностей, разных цветов кожи. Их объединяло только одно: они все были в возрасте, который принято называть старостью. Их жизнь клонилась к закату. Об этом и сказал Прометей.