Миссис Саймонс опять взглянула на меня и чуть не врезалась в запаркованный неосвещенный грузовик.

- Очень вас прошу, следите за дорогой, - опять взмолился я.

- Что ж, послушайте, - бросила она. - По-моему, у вас нет никаких причин для страха. Почему вы должны бояться? Джейн любила вас, когда была жива, так почему бы ей не любить вас и теперь, после смерти?

- Но она меня преследует, так же, как Эдгар преследует вас, так же, как Нийл преследует Чарли. Миссис Саймонс, ведь они же духи, не более не менее.

- Духи? Ха, как в дешевом фильме ужасов!

- Я говорил о духах совсем не в этом смысле, а...

- Это просто скорбные воспоминания, эхо былых чувств, - заявила миссис Саймонс. - Они же не призраки или что-то подобное. По-моему, ничего больше в этом нет. Всего лишь следы прежних переживаний, оставшиеся от возлюбленных умерших.

Мы как раз подъезжали к пересечению шоссе с Аллеей Квакеров. Я показал миссис Саймонс, где ей остановиться.

- Вы можете здесь остановиться? Лучше вам, пожалуй, не въезжать в аллею. Слишком темно, вы можете испортить рессоры.

Миссис Саймонс улыбнулась почти радостно и съехала на обочину. Я открыл дверцу. Внутрь вторгся влажный порыв ветра.

- Крайне обязан вам за любезность, - сказал я. - Весьма вероятно, что мы еще поговорим с вами. Знаете, о чем? Об Эдгаре. И о Джейн.

Лицо миссис Саймонс освещала зеленоватая фосфоресценция приборного щитка "бьюика". Она казалась очень старой и очень трогательной: маленькая дряхлая колдунья.

- Умершие желают нам только счастья, знайте это, мистер Трентон, ответила она и с улыбкой покачала головой. - Те, кто нас любил при жизни, так же доброжелательны к нам и после смерти. Я знаю это. И вы тоже в этом убедитесь.

На мгновение я заколебался.

- Спокойной ночи, миссис Саймонс, - наконец сказал я и закрыл дверцу. Я вынул сумки из багажника, закрыл его и постучал по крыше автомобиля в знак того, что можно ехать. "Бьюик" тронулся почти беззвучно. Задние огни отражались в мокрой смолистой поверхности дороги как шесть больших алых звезд.